Одна в Париже. Часть 3: Монпарнас, французская живопись и обед по-итальянски

Итак, последний день в Париже, как шлейф чудесных духов (которые, кстати, увожу в количестве пяти флакончиков — к чертям минимализм сегодня!), красиво завершил мою поездку.

Утром — прогулка по аристократичному Монпарнасу. Этот район понравился гораздо больше Монмартра, приюта художников и фетиша туристов. Может, потому что бульвар Монпарнас — привычная мне широкая улица большого города, да и архитектурой напоминает любимый исхоженный Невский проспект.

В музее д’Орсэ наконец-то увидела вживую автопортрет Ван Гога, который по силе воздействия оказался наравне с Моной Лизой.

Когда-нибудь хватит пороху написать о своих отношениях с живописью — для меня они странные и особенные, вдохновляющие, хоть сама я и не рисую красками. «Рисуешь-рисуешь. Именно что красками», — опровергает мама, читая мои тексты.

Посмотрела любимого Гогена, яркий след оставило его полотно с красивым названием Arearea — «забава, приятное времяпрепровождение». Вот так живопись и переплетается с литературой — слово создает картинку-ощущение.

Вышла из музея голодная, счастливая, уставшая, наполненная впечатлениями и с кружащейся головой. Следуя внутреннему чутью, отправилась на поиски ресторана — хотелось чего-то подходящего для душевного последнего обеда в Париже, и конечно, с тонким намеком. Ресторан Toscano на rue des Saint-Peres понравился мне своими открытыми окнами от пола до потолка. Я сразу же, еще с улицы, присмотрела себе маленький столик, вошла в зал и…началось!

Смешно, ведь так активно знакомятся как раз только в Италии — в «вечном городе» официант просто приносил мне счет со своим номером телефона или, принимая заказ, информировал, во сколько закончится его рабочий день. Вот и в этом маленьком ресторанчике за мной ухаживали сразу два молодых официанта-француза и весьма зрелый хозяин заведения родом понятно откуда. Он страшно удивился, когда я на английском сообщила ему, что из всей страстной речи, которую он принес мне вместе с кофе и пастой, поняла только «belle».

— Как, Вы не говорите по-французски? У меня было два варианта, ну, значит, второй — Вы русская! Верно?

На протяжении всех трех дней меня упорно принимали за француженку, впрочем, и в Греции, и в Израиле, и в Италии тоже удавалось сойти за свою. Но вообще говоря, немного прекрасных ведьм осталось в Европе после средневековья. На мой вкус, самые яркие и сексуальные в Париже — это мулатки и африканки. Правда, здесь еще живет моя русская подруга, она — красивое исключение, остальные же белые женщины крайне невыразительны. Вроде бы стиль, хваленый французский шарм, но какая-то совершенно не запоминающаяся внешность. За все время мой взор ни разу не задержался на белой женщине (кроме старушки с чернокожим внуком и то из-за контраста).

— Вам понравился Париж? Но почему же Вы приехали только на три дня? Послушайте, оставайтесь! — внезапно предложил итальянец, пока я под ласковыми взорами официантов уминала потрясающую вегетарианскую пасту. — Вы будете просто вот так сидеть в моем ресторане у окна и никто не сможет пройти мимо! Я готов Вас за это кормить лучшими блюдами моей родины, Тосканы!

Чертовски соблазнительное предложение, ответила я, но сегодня вечером в Праге меня ждет любимый мужчина. Это вкуснее даже ваших божественных макарон. К тому же сильно сомневаюсь в своей «продающей» способности — пока сидела тут, маленький ресторанчик почти опустел.

— Ах, неважно! — махнул рукой хозяин. — Я же вижу, что прохожие на Вас засматриваются. Останьтесь! Ну, как Вас упросить? Хотите, мы споем?! Да?! Ребята!..

Не успела я отшутиться, как он выразительно кивнул официантам и они все втроем запели! Я залилась смехом и краской — французско-итальянская история специально для меня! Дослушав скромную арию, рассчиталась за пасту («Кофе за счет заведения, ma belle! И прошу Вас, посетите Тоскану, Вам она очень понравится!»), расцеловалась с Ромарио и его служащими и, пообещав когда-нибудь снова присесть у окна в его заведении, направилась по бульварам и Люксембургскому саду в сторону своей гостиницы.

Через три часа меня ждал самолет в Прагу.
Что ж, Париж, я вернусь, потому что ты обезоруживающе очарователен.

И…Тоскана. Я приеду, потому что просила о намеке, а он прозвучал прямым текстом. Даже два намека — на всякий случай, поеду не одна 🙂

Одна в Париже. Часть 1: Под взглядом Моны Лизы

Одна в Париже. Часть 2: базилика Сакре-Кёр и «черные» кварталы

Отставить отзыв